Ну так вот.
У одной хозяйки была любимая козочка. Красивая, беленькая, но ужасно вредная и капризная. Козочка знала, что хозяйка ее очень любит, и что она очень красивая, поэтому позволяла себе разные пакости - топтала цветы, ела капусту на огороде, - потому что она самая лучшая и ей все можно. И вот козочка выросла, стала большой козой, но характер у нее совсем не изменился. Она по-прежнему считала себя лучше всех и когда другие козы ходили пастись на луга и давали молоко, она прыгала где попало, хулиганила и молока у нее, конечно, не было. Хозяйке надоело, что коза у нее такая бестолковая, и она решила: если коза не дает молока, то надо хоть шерсти с нее настричь на свитер. И вот хозяйка обстригла козочку. И стала коза совсем лысая, некрасивая. Козе очень не понравилось быть такой некрасивой, и она решила исправиться, чтобы ее больше не подстригали. Стала ходить пастись на луг и давать молоко. С хозяйкой помирилась и уже больше не хулиганила.
Тут Сашка говорит:
- Я тебе сейчас тоже сказку расскажу.
Вот слушай.
Жил-был медведь. Он был очень вредный, ел цветы и топтал капусту, хозяйку не слушался и меда не давал. Хазяйка рассердилась, обстригла его и связала себе свитер. Медведю не понравилось лысым ходить, и он исправился. Цветы есть перестал и стал мед давать - приносил целыми бочками. И с хозяйкой помирился.
- Давай
- Ты как будто болеешь и у тебя грипп.
- Здравствуйте, доктор. Я болею, у меня грипп.
- А какой у вас грипп?
(Мой ребенок знает, что бывают разные вирусы?! Ну вот это да, до чего дошли!)
- У меня грипп А.
- А?
- Да.
- Нет, в смысле какой у вас грипп? Мухомор, например?
Пришел к деду, сел на лавку и такое у него несчастное лицо сделалось, что кто бы еще увидел - точно бы расплакался от сочувствия.
- Грустно мне, - говорит.
- Это весна, пройдет, - ответил дед.
Потом оглядел Педуня, подумал, и добавил:
- Или не пройдет. Ты ведь мужик уж совсем, Педунь. Жениться тебе надо.
Педунь аж подскочил.
- Точно! А я-то никак не пойму, чего это мне все хочется-то! И как же это я сам не догадался-то?!
- Да как всегда уж, - пробурчал дед в бороду.
Педунь от мысли, что скоро жениться будет, сразу повеселел. Тут же начал прожэкты строить - как он к дому пристрой сделает, как корову себе заведет - все для жены, для детей. Сразу же и придумал, куда свататься пойдет.
Причапурился Лапшо Педунь: пиджак надел, сапоги дедовы начистил, шляпу отцовскую с печки достал - пыль стряхнул, перышко пригладил. Глянул в зеркало - хорош! Вылитый жених!
И пошел Педунь к тетке своей - у той в деревне три девки на выданье который год уже ходили, все женихов сыскать не могли. Тетка даже и не удивилась. Сразу совет дала.
- Лучше Шаньгиной тебе невесты не найти. И хозяйственная, и рукодельница. А уж какая статная - детишек тебе нарожает здоровеньких. Ты не смотри, что ее Изольдой зовут. Это батя ее книжек начитался, да по пьяной лавочке и назвал дочку именем какое первое в голову пришло. Ждал-то сына, а от вишь, пятая девка родилась. С горя-то еще и не так мог назвать. Изольда хоть говорят имя настоящие, пусть и заграничное. А то есть у нас дед в деревне - все его Дед Заздравий величают, а настоящее-то имя у него знаешь какое? Даздравпертракт! Да здравствует первый трактор!
Педуню в общем, было все равно как младшую Шаньгину зовут. Главное, что сама она была - девица что надо. И коса рыжая ниже пояса, и сильнющая - такая и мужа когда надо до дому донесет. А уж как запоет - ох, такая голосистая.
Пошел Педунь к Шаньгиным. А дело-то в субботу было. Все дома стало быть. Заходит Педунь в избу, а там - полна горница людей. Сестры все старшие с малолетними чадами пришли - в баню мыться. Шум, гам, мамаша Шаньгина тесто месит, отец Шаньгин с утра самогон на готовность проверял, да так и уснул в обнимку с бутылью у печки. Педуня никто и не замечает.
Помешкал Педунь, да эх, решился, и сразу к мамаше подошел.
- Хочу, - говорит, - жениться!
- Ну женись, кто ж те не дает-то? - Удивилась мамаша.
- Дак без позволения как-то нехорошо.
- Дак спроси позволения-то.
- Ну вот, спрашиваю, можно мне жениться?
- Женись уж, женись. Зольк, а Зольк - крикнула мамаша Шаньгина куда-то за печку.
- Че? - высунулась рыжая голова. - А, жених, - протянула она, увидев Педуня.
- Жениться пришел?
- Пришел.
- Че, сразу, обручаться не будем?
- А надо?
- Нет, не надо, пожалуй. А то до свадьбы опять дело не дойдет.
Педунь насторожился, но как настоящий жених лишних вопросов задавать не стал.
Тут папаша Шаньгин один глаз разлепил, Педуня увидел, и сразу вскочил:
- Никак жених пожаловал?!
Педуню и лестно, что его так встречают, и неловко.
- Зольк, налей жениху, будем вас обручать.
- Не надо обручать, давай сразу свадьбу.
- Неееет, это не по-нашенски, не по-Шаньгински. Надо все чин-чинарем.
- Батя, третий раз тебя прошу, не надо обручать, а то никогда замуж не выйду. Третий год жених ходит, а ты его все обручаешь. Он же опять завтра не вспомнит ничего!
И сама к педуню Подскочила, на ухо шепчет:
- Жених, ты не пей, когда батя нальет. А то ведь опять пьяный будешь, утром забудешь зачем пришел. А я третий год замуж за тебя собираюсь. Педуень только соображать начал, к чему это она, а батя уже со стопариком подкатывает.
Педунь и опомниться не успел, как стопарик выпил. Ну и пошло-поехало.
Утром рано проснулся Педунь. Голова болит, не помнит ничего. Дом незнакомый. Встал быстро, отряхнулся, да и пошел к себе. А дед его уже на крылечке поджидает.
- Ну что? - спрашивает.
- Что?
- Как?
- А, плохо. Голова болит. Ты не помнишь, зачем я к тетке в деревню ходил?
- Нееет, не помню.
- И я не помню.
- Ничего, иди поспи.
Так и не вспомнил Педунь, зачем в деревню ходил. А дед не сказал ничего. И тетка не сказала. А Шаньгины никому не сказали - очень стыдно было, что жених опять убежал.
Потому что с ним мы проводим больше времени, чем с любым другим членом семьи. К нему устремляемся, когда есть свободная минутка или когда ее нет, но очень хочется ее себе организовать. С его помощью деньги зарабатываются и тратятся.
К нему мы ревнуем друг друга и боремся за возможность провести с ним время.
Дети ревнует меня к нему, а я к нему ревную мужа.
И это не нормально. Потому что компьютер не должен быть членом семьи. Потому что это - машина.
Потому что никакие возможности, предоставляемые машиной за энное количество тысяч рублей не должны заменять эмоций, счастья и просто удовольствия о общения со своими домочадцами и живыми людьми.
Виртуальная реальность сакс.
Сегодня у меня свободное утро, и я дала себе слово, что не подойду к нему, пока не сделаю всех дел по хозяйству.
Нет, я, конечно, еще не сделала всех дел, просто устала))) но это же просто отмазка, понимаете, гнилая отмазка, чтобы оправдать свою зависимость...
И деревяшка,
И фантик-блестяшка.
У Сашки в кармашке и бусинка есть.
В кармашке у Сашки сокровищ - не счесть.
Заколка,
резинка
и маленький гвоздик,
Орешек каштана с собой она носит.
Печенье найдется наверняка
Но нет никогда носового платка.
Кому нужно хорошее кино? Режиссеры и сценаристы напрягаются, друг другу призы придумывают, фестивали устраивают, а пипл зырит по телику передачки для поржать и не парится. И кладет на все эти изыски. И смотрит Гитлеркапут.
Кому нужны хорошие переводы?
Кому нужны хорошие книги?
Все равно большая часть населения не видит разницы между качеством и халявой. Практически во всем.
Кому нужны профессионалы?
Впопыхах - потому что я минут сорок выбирала детскую энциклопедию для Сашки с Мишкой. Потом оказалось, что опаздываю на урок, и я за пять минут хватанула две книжицы - Вишневского (потому что наконец-то в мягком переплете) и очередную "знакомую, но не читанную" фимилию в серии Азбука-Классика.
По Вишневскому я уже высказалась. А вот Виан... это..... как меня угораздило его купить... не знаю. Я вообще все эти китчевые штучки лет десять как тихо презираю за пошлость... но тут ТАКОЙ ПЕРЕВОД! Я серьезно! Мне не нравится книга, но я не могу оторваться от всех этих находок, от языка. И я же понимаю, как сложно было всю вот эту игру слов сделать так, чтобы она в русском была настолько.... аутентичной. Нашей. В общем, совершенный шедевр с моей переводческой точки зрения. За это и читаю. И с огромным удовольствием.
Я была в этой шкуре.
Начнем с того, что я росла совершенно городским ребенком. И даже не смотря на то, что еще в школьном детстве меня начали приучать к земледелию, привлекая к работам на садоогороде, ничто сельскохозяйственное не стало мне мило. Первый раз в деревню меня привезли в 15 лет. Я отправилась спать на сеновал. С тех пор так и не поняла, в чем прелесть сна на колючем сене в душном чердаке, когда трава и всякие пылинки-мошки-крошки после сна непременно оказываются в нательном белье. Всяческая скотина мне тоже была несимпатична за вонь, непредсказуемость и слишком большие размеры. Парное молоко всегда былои до сих пор остается для меня чем-то вроде рвотного средства. Ну, вы поняли)))
И вот, когда мне было уже 16 лет, мои родители обменяли просторную четырехкомнатную квартиру в нормальном спальном районе на частный дом на окраине города. Дом действительно был большой. Там был самый настоящий фруктовый сад. И довольно быстро папа сделал там и водопровод с артизианской водой, и канализацию. В общем, все было как бы хорошо.
Годы стояли неспокойные, полуголодные, дефицитные. И папа с мамой решили завести скотину. Для мяса, для яиц. С яйцами было все довольно просто и хорошо. А вот с мясом у нас получилась история...
Самым правильным было выбрано кролиководство. И мясо диетическое, и мех хороший. Кролики - совершенно тупые, но милые животные. Они пушистые, какают аккуратно, и у них постоянно заводятся крольчата. Очень миленькие. И вот, настал момент, когда надо было от разведения перейти к потреблению. Для этого кроликов надо было забить. Надо было забыть, что они твои домашние животные, и сделать их мясом и шкурой.
Я слышала, как это делается теоретически. Папе, как мужчине, пришлось сделать это своими руками. Из сарая он выходил зеленый. Но он это сделал.
Потом мы готовили жаркое из кролика. Жаркое не ел никто. Шубу или шапку из кроличьих шкурок, не смотря на дефицит, тоже носить нико не захотел. С кролиководством было покончено раз и навсегда. Крольчатину я не ем. Никогда.
Потом была попытка держать свиней. Они больше похожи на скотину, но когда забивают свинью, это еще хуже. Я надолго перестала есть свинину. До сих пор иногда есть не могу.
С тех пор никаких скотных промыслов мои родители не устраивали. Потому что для городского человека животное, живущее рядом - это не скотина. Другое воспитание. Невзможно съесть того, кому ты дал имя. Это должна быть просто СКОТИНА.
Он, огромный, мужикастый, с совершенно лысой головой, утыкается макушкой в ее маленькие ладошки и так грустно-грустно о них трется. А она хрупкая, как дюймовочка, совершенно материнским жестом этими ладошками как будто пытается стереть с его лица все плохое.
Две секунды мимо. Просто про любовь.
Детям нужна любовь. Как цветам вода. Детей нельзя не любить. Ребенок не скрывает своей потребности быть любимым. Мама, пожалей меня, мама, приласкай меня. Вырастая, мы не перестаем нуждаться в том, чтобы нас любили. Ни-ког-да. Она нужна, как вода. Всю жизнь. И ее никогда не бывает слишком много.
Про любовь.
Сразу скажу: я понимаю, что как женщина в возрасте "кому зазо", обладающая интеллигентной профессией, опытом частых контактов с иностранцами и практически постоянно пересекаяющаяся с медициной и фармацевтикой, я почти что обязана быть вегетарианкой.
Ну так уж вышло, что я действительно иногда не могу есть мясо. Как, впрочем, не могу я есть и всех морских гадов. Но это потому что я не выношу в лицо всю эту подводную братию, а вид куска мяса у меня сильно часто ассоциируется с тем, кем оно было раньше. Когда у меня такие настроения, я действительно не ем мяса. И мне его не хочется.
Но я ни разу не могу сказать, что это из идейных соображений. Потому что если думать о том, кто и где страдает на благо человечества, нужно исключить из своей жизни как минимум следующее:
Мясо, рыбу, яйца, сычужные сыры, все, изготовленное из натуральной кожи, меха, пуха, перьев, рогов, копыт, костей и прочих частей тела животных, рыб и птиц, а также не пользоваться услугами тех людей, которые эксплуатируют детей, гастарбайтеров, и вообще запятнали себя контактами с террористами и прочими вредными элементами.
Я не в состянии питаться одними овощами. Мне от свежих овощей и фруктов в большом количестве делается очень плохо. А comfort-food, то есть, еда, которая у меня поднимает настроение - это копченая колбаса и шоколад. И вообще, всякое доведение идеи до абсолютного значения меня угнетает. Поэтому мне некомфортно с новообращенными верующими, революционерами, и вообще со всеми активными пропагандистами. Почему людям обязательно нужно во что-то отчаянно верить и убеждать в этом других?
Лет в кавырнадцать меня восхищала белая сирень. Потому что все сирени сиреневые, а белая - ОСОБЕННАЯ. А теперь мне кажется, что белая сирень ничем не отличается от общей массы цветущих белых деревьев. А сиреневая - это и есть квинтэссенция мая, средоточие благоуханной весны, ароматная иллюстрация цветущего города.
Мужчина в костюме и с портфелем оглядывается, разглядывает меня и быстро исчезает за углом. Огибаю дом. Он стоит посреди газона и спешно отщипывает в горсть траву. Наверное, его дома ждет кошка. Из мужчины в костюме с портфелем он сразу же превращается в дядьку в футболке и трениках с мурлыкающей кошкой на коленях. Улыбаюсь, и, не смущая его взглядом, быстро иду мимо.
Один из моих студентов, зануда и pain in the neck, сегодня проговорился, что в юности был панком, и до сих пор играет в любительской рок-группе. И за это мы с ним сразу подружились))))
Снова подумала, что преподаватель - это немножко психотерапевт. Чужому человеку на чужом языке можно рассказать очень многое, не переходя с безличного "you" на интимно-запанибратское "ты" .
И парк-то такой куцый, и дорога метрах в ста-двухстах. И полянки-то все так густо засижены компаниями с мангалами, что аж смешно. Но понимаете, это же настоящий пикник! С настоящим мангалом, шампурами, жареными шпикачками, пластиковыми стаканчиками, тарелочками, вилочками, ножичками. С ненарезанными огурцами и помидорами, с водой из термоса, которой можно руки мыть. И с ковриком прямо на земле, чтобы можно было валяться. И еще можно папе помогать шампуры переворачивать, и маме помогать колбаски нанизывать. В общем, условности все эти удобства и близость к дому. Настоящий пикник - все равно праздник. Дети были в полном восторге. Мы с Юркой устали, конечно. Все-таки двое взрослых на двоих детей и один мангал - это маловато))) И все равно было классно. Тепеь Сашка каждый день готова колбаски жарить ходить))) А шашлык куриный даже съесть не смогли - взяли с собой его в ботанический сад на следующий день.
Вообще три дня выходных - это совсем мало. Сначала в гламурном Екатерининском - такая ностальгия по прежним временам)))) Потом в Отрадном - колбаски, новая огромная площадка с разными городками и аттракционами за Вавилоном. Потом - ботанический сад со всякими цветочками, шишками, желудями, дроздами и прочими малиновками-синичками. Погода была что надо! Вот, здорово было в общем)))
- Да мы сходили три дя, и у нее ТАКИЕ сопли начались, пришлось лечить. За два дня вылечили, конечно.
- Это же нормально. Так понемногу и привыкнет. Потом реже болеть будет.
- Ну да кто им там будет сопли-то подтирать. Я уж сама лучше. И вообще доктор (платный) нам говорит, что пусть она пока подрастет. И мы в июне все равно на море поедем на целый месяц.
- Конечно, если есть возможность в сад ребенка до четырех лет не водить, и есть такая замечательная бабушка рядом, то почему бы и нет.
- Ну знаете, ей скучно, конечно. Она ко всем детям на улице пристает и обижается, что они с ней не играют. Ну уж осенью поведем, когда окрепнет. Ладно уж, куда с таким здоровьем-то.
Лирическое отступление.
Конечно, никто не вытрет сопли ребенку лучше бабушки и мамы. И конечно, ребенок с соплями - это ужасная трагедия. И вообще сопли - это реально болезнь. Особенно если ее можно вылечить за два дня, это вообще очень страшная болезнь. И еще у самого здорового ребенка при желании можно найти кучу болячек. Надо только хорошо искать и регулярно обследоваться у всех известных горздраву специалистов, и еще лучше, у платных. Если вам не удалось ничего найти даже с помощью платных специалистов, есть последнее средство - сдать кал на дисбактериоз. Этот анализ никогда и ни у кого из всех известных мне случаев не был нормальным. Вам обязательно будет что лечить. И поскольку в войне с дисбактериозом вы обречены на мучительно-медленное поражение, вы сможете пользоваться этим долгие годы. Вы сможете завести дружбу с гомеопатами, остеопатами, стать постоянным клиентом распространителей бадов, и выучить все названия бифидо-лакто-бактериальных препаратов. И главное, вы получите совершенно легальное право заявлять, что ваш ребенок особенный, болезненный, ему ничего нельзя, а особенно он не переживет контактов с сопливыми, с редко-моющими-руки, пожирающими все подряд детьми, потому что у вашего драгоценного чада обязательно наступит обострение этой страшной болезни, заведутся глисты, и они сожрут ему мозг.
Да чтоб я еще раз... ну об этом вы позже сами поймете.
Так вот, заняли мы очередь в травмпункт и стала я карточку оформлять на Сашку. А Миша, ясен пень, твердо решил от меня сбежать и если не свалиться с лестницы, то уж хотя бы стукнуться башкой об бетонный пол или входную дверь. Меня, понятное дело, такой сценарий не устраивал и селиться в травмпункте навсегда я не собиралась. Поэтому каждый побег Миши заканчивался погоней в лице меня и причитающей Сашки. А бегает он быстро. То есть как только я отпускала его, извивающегося и орущего, на пол, он включал режим настартвниманиемарш, и давал деру по всему первому этажу поликлиники. На вытаскивание из сумки нужных документов и оформление карточки, а так же на стаояние очереди в регистратуру ушло не больше 10 побегов Миши.
Потом я решила отпустить его побегать под моим присмотром, и как-то незаметно подошла наша очередь. Когда я, взмыленная, пришла в приемную травмпункта с орущим Мишей на руках, у двери уже стояло семейство в виде женщины, ее мужа и спокойной такой девчушки лет четырех. Они меня оповестили, что собираются пройти без очереди потому что им "только на укол".
- Посмотрите на меня, - сказала я честно и сразу по делу. - Нет, я никого уже не смогу пропустить вперед, тем более, что нам тоже только швы снять.
Ну и вот мы входим к доктору. Саша спокойно садится на стул, а Миша методично начинает пытаться сломать, оторвать или покрутить все, что плохо положено и привинчено в каждом углу кабинета. Мишу пришлось взять на руки (он, конечно тут же начал орать и извиваться). Тут мне доктор предложил самой сесть на стул и взять на руки ребенка.
- Обоих?
Доктор промолчал. А медсестра упорно продолжала делать вид, что прием пациентов в лице нас ее не касается.
- Отлично, - ехидно начал доктор.- Вот так вот приходит через восемь дней, как ни в чем ни бывало. Вот так вот погибают потом дети, и неизвестно от чего.
О да, я понимаю, у него тоже тяжелый день, и тут еще я, такая вся невменяемая с неконтролируемыми детьми. И ему очень хотелось на ком-то оторваться. А я так подходила для этой роли, уже вполне себе взвинченная.
- У кого погибают? - спросила я таким тоном, что доктор сразу понял, если он скажет еще что-то в этом же духе, то неизвестно кто на ком оторвется сейчас.
- Да так, - пробурчал он. Быстро включил адекватный режим.
- Берите младшего и идите, подождете в коридоре, а старшую положите вот тут на кушетку.
Мы вышли, медсестра тут же оказалась задействована в процессе.
Сашку вывели через минуту. Все было быстро и не больно.
Но чтоб я еще раз одна с двумя детьми поехала в поликлинику... только в несознанке, ага.
Вот интересно, а если поставить мужчину к плите, заставить его варить борщ по твоему фирменному рецепту, и орать под руку, когда вместо трех щепоток соли с интервалом в пять минут, он бросит все три щепотки сразу, а потом орать загодя, чтобы он не забыл кинуть лавровый лист за тридцать шесть секунд до выключения плиты, и нервно вырывать из рук лопатку, когда мне покажется, что лук уже подгорит сейчас и надо его помешать, вот получится у него тогда сварить этот банельнейший суп? А, да, кстати, может ему еще при этом надеть фартук с какой-нибудь унизительной надписью типа "брюнет у сковородки" и пригласить еще пару-тройку отменных кухарок с десятилетним стажем, чтобы они из солидарности ржали громко, когда он будет по неопытности шпариться брызгами супа при закладывании в него картошки...
Первое: это ж надо под банальную лень такую оправдательную базу подвести, чтобы выдать ее за реально-активную положительно-заряженную жизненную позицию. Все вокруг плоские пиксельные уроды (особенно девки), а я такой вот объемный, в эту систему не укладываюсь и поэтому все мне можно. Ну и так далее.
И второе: когда я поняла, что речь идет не о более молодом поколении двадатипятилетних, а о моих, собственно, ровесниках, меня начали мучить подозрения, что я живу в какой-то нереальной жизни. Как бы в инкубаторе. И вокруг все люди действительно живут по тем самым законам. А я в жизни своей сталкиваюсь с суровой действительностью только в малых дозах, как бы в качестве прививки... Не получается сформилировать коротко, а много писать сил нет. Кто Иванова еще читал?
Profile
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif)
anastasiako- Сказки про жизнь
Syndicate
